Премьера в Большом после пожара
Вечером 20 августа 1856 года в Москве в восстановленном после пожара Большом театре состоялся первый спектакль - "Пуритане", классическая итальянская опера Беллини.
В марте 1853 года в Большом Петровском театре разгорелся пожар настолько сильный, что на Театральной площади растаял снег. Из самых дальних районов Москвы можно было разглядеть клубы черного дыма. Огонь не утихал двое суток и уничтожил все: театральные костюмы, декорации, архив, часть нотной библиотеки, ценные музыкальные инструменты. От некогда великолепного театра остались лишь несущие каменные стены и портик, выходивший на Петровку.
В конкурсе на лучший проект восстановления театра победил петербургский архитектор Альберт Катеринович Кавос, сын известного композитора и дирижера.
Работы шли быстрыми темпами, Кавос хотел закончить строительство театра до коронации императора Александра ІІ. Всего за 16 месяцев было возведено новое здание в стиле классицизма. Хотя наружные стены и колонны остались прежними, вместо покатой крыши появился треугольный фронтон, стал несколько иным рисунок окон. Театр стал называться императорским Большим.
Но главные изменения произошли внутри. Театр стал выше и вмещал теперь 2100 зрителей. В отделке зала преобладали золото и пурпурный бархат.
"Находят - не без язвительности замечал один из современников, - что пунцовые драпировки слишком ярки для наших северных красавиц, что они убивают всякий костюм, не выходящий ярко из ряда обыкновенных, и что надо надевать слишком сильный наряд, чтобы быть замеченным.
Зато оборудование оркестровой ямы всячески приветствовалось: "Теперь уже вам не загородит театрального пола какой-нибудь неучтивый контрабас, который, бывало, как назло, поместился прямо между вашим носом и очаровательной ножкой какой-нибудь танцовщицы и никак не дает вам увидеть выделываемые ею па, меж тем, как по сторонам раздаются им громкие рукоплескания, только раздражающие вашу досаду".
В марте 1853 года в Большом Петровском театре разгорелся пожар настолько сильный, что на Театральной площади растаял снег. Из самых дальних районов Москвы можно было разглядеть клубы черного дыма. Огонь не утихал двое суток и уничтожил все: театральные костюмы, декорации, архив, часть нотной библиотеки, ценные музыкальные инструменты. От некогда великолепного театра остались лишь несущие каменные стены и портик, выходивший на Петровку.
В конкурсе на лучший проект восстановления театра победил петербургский архитектор Альберт Катеринович Кавос, сын известного композитора и дирижера.
Работы шли быстрыми темпами, Кавос хотел закончить строительство театра до коронации императора Александра ІІ. Всего за 16 месяцев было возведено новое здание в стиле классицизма. Хотя наружные стены и колонны остались прежними, вместо покатой крыши появился треугольный фронтон, стал несколько иным рисунок окон. Театр стал называться императорским Большим.
Но главные изменения произошли внутри. Театр стал выше и вмещал теперь 2100 зрителей. В отделке зала преобладали золото и пурпурный бархат.
"Находят - не без язвительности замечал один из современников, - что пунцовые драпировки слишком ярки для наших северных красавиц, что они убивают всякий костюм, не выходящий ярко из ряда обыкновенных, и что надо надевать слишком сильный наряд, чтобы быть замеченным.
Зато оборудование оркестровой ямы всячески приветствовалось: "Теперь уже вам не загородит театрального пола какой-нибудь неучтивый контрабас, который, бывало, как назло, поместился прямо между вашим носом и очаровательной ножкой какой-нибудь танцовщицы и никак не дает вам увидеть выделываемые ею па, меж тем, как по сторонам раздаются им громкие рукоплескания, только раздражающие вашу досаду".